Сирена

Добыча пряталась среди разноцветных кораллов, надеясь ускользнуть, пока внезапный залп стрел не разорвал тишину. Острый наконечник задел им лапу и ухо. Дрожа от страха, они в панике бросились наутёк, в густые подводные леса. Охотница изящно опустила длинный лук, усыпанный самоцветами под цвет её волос, и двинулась следом за добычей. «Налево или направо?» — она потрогала золотые серьги и беспечно выбрала охотничью тропу. «Или...» — она улыбнулась и взмахнула рукой, и длинная прядь за её ухом обратилась в маленькую пёструю змейку, которая, высовывая язычок, заскользила по её шее и плечам. «Ступай, моя прелесть. Посмотрим, сколько добычи мы наловим». С полным колчаном стрел она довольно зашагала в глубь подводного леса.

«Вот пророчество древнего храма: верующие, гнев бездны можно смягчить, лишь принеся в дар своё сердце». «Несколько рабов — ничто по сравнению с безопасностью города. Рабы — самое никчёмное, что есть в океане». «Вы, жалкие рабы, удостоившись чести стать жертвой силе бездны, сможете принести пользу всему Морскому народу». «Ваша душа последует за силой бездны и обратится в вечность, вместо того чтобы прозябать в убогих тесных трущобах. Вам нечего бояться. Просто примите дар Бога». Стоя у алтаря, Русалка наслаждалась пылкими речами других рабовладельцев и время от времени тихонько посмеивалась. Для глупых низших любой слух легко становится истиной. Показное благочестие и доброта — лишь насмешка перед той, кто сама сочинила пророчество. Но ей хотелось увидеть, насколько крепка их «вера».

Беглый молодой раб остановил её. Прежде чем стража отогнала его, он рухнул перед ней, горько рыдая. Оборванец дрожащим голосом искренне восхвалял её красоту, нежность и несравненную силу. Она знала: дело не только в её обаянии, но и в том, что она всегда могла дать своей собственности лучший кров. Глазами своих змеиных волос она видела рабов, плачущих под дубинками рабовладельцев, принуждаемых к тяжкому труду и умирающих от голода и холода. Видела она и то, как это место разрослось в процветающий город, где всё больше глубоководных живут спокойной жизнью. В трущобах говорили, что её рабам обеспечена вечная безопасность. В конце концов, будь то знать или рабы — она без труда видела, чего они хотят. Владея этим даром, она могла управлять целым городом. Вся добыча будет принесена к ней.